Серьезным подтверждением достаточно высокого научно-технического уровня российских разработок является также активная деятельность на территории нашей страны зарубежных компаний, специализирующихся на трансферте технологий. Если характерная для России "утечка мозгов" - это покупка Западом лучших специалистов, особенно в области фундаментальной науки, то трансферт технологий - своего рода "аренда мозгов" для решения прикладных, отраслевых задач. Наибольший интерес к российским разработкам проявляют фирмы США, Израиля, Германии, Японии, Китая, Южной Кореи. Чаще всего после завершения работ "облагодетельствованный" носитель передаваемой технологии (в нашем случае - российский специалист или группа специалистов) теряет права на нее и не может претендовать даже на часть дохода от коммерческой реализации технологии. В общем случае результатом трансферта является потеря российскими компаниями и инвесторами потенциальной прибыли от коммерческого использования передаваемых технологий11.
Итак, общепринятое мнение таково, что именно в сфере высоких технологий Россия наиболее богата свободными и перспективными идеями - имеется в виду большой и не полностью реализованный потенциал оборонного комплекса. Попытаемся проанализировать этот тезис поподробнее и отнестись к нему критически.

Первое, что хотелось бы отметить, - многие разработки выполнены давно, хотя и не утратили приоритета и актуальности. Хуже другое - отсутствие финансирования, старение и уход в другие сферы разработчиков - носителей технологий и know-how. Утрата и выход из строя технологического и лабораторного оборудования во многих случаях привели к тому, что от разработок остались груда отчетов, кое-какие образцы и фотографии. Естественно, проекты, основанные на таких разработках, в подавляющем большинстве ни в коей мере не годятся для венчурного финансирования.
Другой особенностью, связанной собственно с технологией и неблагоприятной для венчурного и иного финансирования, может быть неадаптированность, к примеру, космических технологий для производства общегражданской продукции (избыточные свойства, ведущие к удорожанию, и т.п.). Это не дает возможности провести достоверный маркетинговый анализ и оценить инвестиционную, а впоследствии и коммерческую пригодность таких разработок.
Бесспорно, имеются проекты потенциально пригодные к венчурным инвестициям. Носители (обладатели) этих проектов, как физические, так и юридические лица при всем своем многообразии по отношению к потенциальным инвесторам занимают позицию в широком спектре своих "пожеланий":
а) мы хотим продолжать заниматься своим делом - научно-технологическими исследованиями, поэтому заинтересованный инвестор пусть покупает лицензию и делает все, что хочет, в том числе нанимает нас на технологические должности и на хорошие оклады, если есть потребность в сопровождении разработки (пример взят из практики компании "Вымпелком" - попытка приобретения комплекса автоматизированного проектирования сотовой связи для сети Beeline);
б) мы имеем уже определенные коммерческие успехи и навыки, и если инвестор выбрал нас из множества предложений, то пусть он вкладывает деньги и следит, получает информацию о ходе работ, а не вмешивается, по крайней мере, в оперативное управление (пример несостоявшейся попытки инвестиций в производство экологически чистых древесностружечных плит, предпринятой группой банков Свердловской области).